«МК-Латвия» продолжает следить за судьбой жителей дома в Риге на улице Баускас, 15, частично разрушенного из-за взрыва газа в начале января. Пенсионер и инвалид второй группы Михаил Дорогой – один из тех жителей дома, кто после газовой трагедии в одночасье лишился всего: доступ в его квартиру на втором этаже, где он прожил почти сорок лет, сейчас перекрыт из-за аварийного состояния дома.
Михаил в момент взрыва находился дома, а когда дом тряхнуло, сразу выбежал на улицу. Из вещей успел забрать лишь документы и лекарства: «Я своими глазами видел, как куски бетона сыпались на припаркованные у подъезда машины…»
Вернуться в свою квартиру Михаил, как и другие жильцы, после того рокового дня больше не мог – службы не пускают жителей в дом из соображений безопасности. Как долго это продлится – не знает никто. «МК-Латвия» посетила Михаила в его временном пристанище и узнала, какую помощь он получил и в чем еще нуждается.
«Я поставлю раскладушку в фойе Рижской думы!»
Встречаемся с Михаилом в Пурвциемсе, в доме на Унияс, 49 (в свое время Рижская дума отремонтировала этот дом для размещения украинских беженцев. – Прим. ред.). Это муниципальное жилье – уже третье, куда пострадавшего переселили после взрыва газа.
На ул. Унияс, 49, находится дом типа общежития, в котором сейчас столичная социальная служба предоставляет комнаты людям, попавшим в беду – тем, кто лишился собственного жилья в результате пожара, наводнения и других происшествий, и срочно нуждается в приюте.
За несколько дней после взрыва газа на пятом этаже в его доме на улице Баускас, 15, Михаил Дорогой успел немного оправиться от шока и способен общаться, но все еще находится в смятении: признается – до сих пор не верит, что все это случилось с ним.
– Вчера еще жил в приватизированной квартире, где все было обустроено под мои нужды, каждая мелочь продумана... И тут внезапно лишаюсь всего, в том числе элементарной крыши над головой. Это очень унизительно! Ведь раньше, еще до выхода на пенсию, я был предпринимателем, владел фирмой и помогал другим, давал рабочие места, имел какой-то вес, авторитет. А теперь сам вынужден стоять с протянутой рукой: просить помощи у людей, у властей… Но, конечно, я очень благодарен людям за пожертвования и помощь вещами первой необходимости. Это очень ценно.
Всем этим меня снабдили после публикации моей истории в сети Facebook на странице депутата Рижской думы Инны Дьери. Сердечное спасибо всем, кто откликнулся и поддержал.
Михаил получил ключи от комнаты в 12 кв. м. на Унияс, 49.
Ночь провел без воды и канализации
– Расскажите, как развивались события после того, как вы лишились крыши над головой?
– Ситуация менялась несколько раз. Сразу после эвакуации дома 2 января нас, оставшихся без крова людей, на автобусе привезли в здание служебной гостиницы самоуправления на улице Прушу, 25, где нас никто не встретил. Там не нашлось для нас ни воды, ни какой-то элементарной еды, хотя с момента взрыва прошло несколько часов. У многих моих соседей не было с собой даже денег, чтобы что-то себе купить – ведь все выскочили из квартир по тревоге, – без теплой одежды, без вещей.
– Но какое-то жилье вам предоставили?
– Там, в социальном здании на Прушу, 25, мне дали комнату, которая явно шла под ремонт: разрисованные обои, холод, открытые настежь окна в морозный вечер, но делать было нечего – я согласился. Надо ведь было где-то переночевать. Попросил еще одно одеяло, потому что было очень холодно, но мне его так и не дали. В итоге ночь я и мой сосед по дому провели в комнате, где даже не работал слив в туалете. К счастью, в умывальнике была вода. Если говорить о состоянии этого социального жилья, судите сами: когда мой сосед-инвалид сел на кровать, она под ним просто развалилась. Мы просили заменить комнату на другую, но получили отказ. Моя кровать, к счастью, меня выдержала, так что я одну ночь там перекантовался и пошел ночевать по друзьям, чтобы больше не мерзнуть. Они, конечно, меня приняли без проблем, несмотря на свои стесненные условия. Я видел, что создаю друзьям дискомфорт – у них самих теснота и повернуться негде. А тут еще я свалился на их голову. В итоге решил больше не создавать неудобств знакомым и позвонил по общему номеру Рижской думы 1201, рассказал о своей ситуации и спросил, какую помощь могу получить как гражданин Латвии и житель Риги. Сказал, что если вопрос не решится, я поставлю раскладушку прямо в фойе Рижской думы. Все-таки там теплее, чем в приюте на улице Прушу.
– Что было дальше?
– После этого разговора, который состоялся вечером 7 января, мне быстро перезвонили и дали номер в бюджетном отеле «Додо» на улице Латгалес. Правда, это жилье мне полагалось всего на десять дней – с 8 по 18 января. Но и на этом спасибо.
– В гостинице условия были лучше?
– В «Додо» все было очень аккуратно, вежливый персонал, тепло и чисто. Но ведь это не апартаменты – там не было возможности приготовить еду, а завтраки в отеле слишком дороги для пенсионера – 6 евро. Да и питаться в ближайшем кафе тоже не намного дешевле, такое мне не по карману. Правда, само проживание оплачивала социальная служба Рижского самоуправления. Но десять дней быстро пролетели, и меня перевели в общежитие. В воскресенье, 18 января, позвонили из социальной службы и попросили приехать за ключами от комнаты в другом здании муниципалитета – в общежитии на улице Унияс, 49. Ключи я получил и 19 января заселился.
В муниципальном общежитии Михаилу дали временное жилье.
Ночь провел без воды и канализации
Михаил приглашает пройти, посмотреть, как он устроился на новом, уже третьем месте.
– Грех жаловаться, здесь неплохо – в небольшой прихожей есть холодильник, общий туалет и душ на две комнаты. А сама комната 12 квадратных метров. По сравнению с комнатами на улице Прушу – это просто «Зимний дворец», но по сути напоминает благоустроенную тюремную камеру, разве что без решеток на окнах, – невесело шутит Михаил. – В комнате есть шкаф для одежды, кровать, стол, стул. Уже выдали комплект постельного белья и посуду – тарелку, кружку, столовые приборы. Сейчас все мое имущество умещается в одну спортивную сумку – предметы самой первой необходимости, которые я легко складываю в одну тумбочку. Так что я очень мобилен. Все остальное придется докупить.
– Смотрю, здесь у вас стоит двухъярусная кровать. Предполагается, что к вам кого-то еще могут подселить?
– Нет, сказали, что эта комната в 12,5 квадратных метров для меня одного. Понемногу обустраиваюсь, привыкаю. В такие морозы немного прохладно, но ничего – буду утепляться, чтобы не замерзнуть. Добрые люди поддерживают – принесли немного одежды, теплую куртку, покрывало.
Я всю жизнь платил налоги в Риге, содержал фирму и наемных работников, а теперь остался один на один со своей бедой в «тюремной камере» на Унияс...
Не дает покоя вопрос – кто виноват?
– Выходит так, что вы и все ваши соседи, оставшиеся без жилья, оказались «без вины виноватыми» из-за действий одного жильца? Вы были знакомы с погибшим соседом с пятого этажа?
– Эти мысли мне самому не дают покоя, постоянно прокручиваю события того дня 2 января. Взрыв случился на пятом этаже, прямо над моей квартирой, только на два этажа выше. Я видел через окно, как осколками разлетевшихся бетонных панелей побило стоящие внизу машины. Сразу же выскочил на улицу в чем был.
Соседи рассказывали, что виновный во взрыве жилец был неадекватным, любил выпить, постоянно заливал соседей, и на него неоднократно жаловались в самоуправление, но никакой реакции на жалобы не было. К тому же у него образовался долг по счетам за газ, и 1 января ему пришли этот газ отключать. Отрубили подачу, а 2 января он, видимо, еще не протрезвев, полез сам подключаться обратно.
– Как вы считаете, кто должен нести ответственность за случившееся?
– С виновного жильца уже какой спрос – он погиб при взрыве во время утечки газа.
Я считаю, что виновно самоуправление: они поселили такого асоциального персонажа в приличный благоустроенный дом, дали ему муниципальную квартиру и, по сути, не контролировали его действия. На жалобы жильцов, которых он постоянно заливал, в думе не реагировали.
Да и отключать газ за неуплату пришли к нему в выходной, 1 января. Вот это мне вообще непонятно. Разве нельзя было подождать до рабочего дня? Сколько он там успел бы за этот один день нажечь этого газа? В итоге этот жилец, оставшись в первый день нового года без газа, предпринял попытку нелегального подключения к газовой трубе. Печальный результат этого всем известен. Двое погибших – сотрудник службы газа и сам жилец. Согласно разъяснениям Сената Верховного суда, ответственность за ущерб несет собственник недвижимости, то есть в данном случае – Рижское самоуправление, ведь покойный жилец был только арендатором социального жилья.
По сравнению с Прушу, 25, общежитие на Унияс, 49, просто «Зимний дворец».
«Успел вынести только лекарства и калькулятор кодов»
– Насколько ваша квартира на втором этаже пострадала? Удалось ли вам спасти что-то из вещей?
– Частично да. Ребята из Государственной пожарно-спасательной службы пустили нас в дом буквально на пять минут, когда на улице уже было темно, а электричества в здании не было. С фонариком мало что удалось разглядеть в темноте и в спешке: я успел только сгрести лекарства, банковский калькулятор кодов и некоторые документы – ID-карту и паспорт. Просто знал, где все это лежало. Мой ноутбук тоже остался в квартире – весь залитый водой с верхних этажей во время тушения возгорания. Сам я, когда услышал взрыв, выбежал на улицу в спортивных штанах и легких ботинках, в тонкой куртке – это все, что у меня есть. Квартира была моей собственностью, я ее получил еще в 1989 году, приватизировал и сделал там дорогой ремонт, вложив в него несколько тысяч латов, по тем временам немалую сумму. Но мебель же в считанные минуты не вынесешь. Особенно, когда за окном летят обломки бетона. Я выскочил на лоджию посмотреть, что происходит, и сверху мимо меня пролетали куски бетона, которые ударялись о решетку. Хорошо, что у меня была крепкая решетка на лоджии, а не декоративная, а то бы я сейчас уже с вами не разговаривал.
– Как вы справляетесь сейчас?
– Мне почти 72 года, я инвалид второй группы. У меня высшее образование, окончил РТУ, работал инженером, но специальность пришлось поменять, занимался торговлей на Центральном рынке более 20 лет, а на пенсии еще четыре года подрабатывал охранником, чтобы ничего не просить у государства. Пока мог, я работал. Но сейчас, с возрастом и при моей инвалидности, уже сложно справляться с работой в охране, поэтому живу только на пенсию, с работы ушел. Мой страховой стаж – более 45 лет, но пенсия небольшая, чуть больше 600 евро. Но поскольку на рынке труда сейчас я не котируюсь, то вынужден унижаться и оформлять статус малообеспеченного, чтобы получать помощь в оплате жилья и другую поддержку, хотя всегда сам помогал людям. Напрягает то, что на старости лет, имея достаточно средств для проживания в своей собственной квартире, я оказался фактически бомжом из-за чужой халатности. Это очень грустно. Куртку потеплее мне дали во временное пользование, ложку, нож и вилку тоже дали попользоваться. Вот так я сейчас живу.
Это лоджия Михаила, в свою квартиру он больше не может попасть.
«Моя квартира не была застрахована»
– Есть ли надежда, что ваш дом на улице Баускас восстановят?
– Решение о том, подлежит ли дом восстановлению, еще не принято. Но, как бывший инженер-строитель, я очень сомневаюсь, что его будут восстанавливать: здания такого типа не рассчитывались на взрывную нагрузку, так что неудивительно, что оно не выдержало, все перекосилось. Повезло еще, что сам я машину поставил поодаль, а не у подъезда, как обычно – хотя бы ее не побило бетонными осколками. Что в сухом остатке? Сейчас я в подвешенном состоянии: квартиры моей, по сути, больше нет, – попасть туда не дают, для жизни она непригодна. Кроме того, к сожалению, она не была застрахована, так что на страховое возмещение рассчитывать не приходится.
– Как же так получилось?
– Смотрел на жизнь с оптимизмом, вот и не предусмотрел риски. У других жильцов, – тех, кто брал кредит на покупку жилья в нашем доме, квартиры застрахованы, ведь ипотеку без этого не дадут, у меня же ипотеки нет, квартира давно приватизирована, и вот сам я не догадался ее застраховать. Это, конечно, было моей ошибкой. Новое жилье мне никто не предлагает, – получил только социальную помощь, положенную в таких случаях по закону и временную комнату в общежитии. Благодарен властям и за это. Если получится оформить статус малообеспеченного, еще получу право на какие-то льготы. Пока же как-то справляюсь своими силами, на пенсию, с Божьей помощью и при поддержке неравнодушных жителей. Не знаю, что будет дальше. В подвешенном состоянии. Я всю жизнь платил налоги в Риге, содержал фирму и наемных работников, а теперь остался один на один со своей бедой в крошечной «камере» на улице Унияс...
Светлана ГИНТЕР
