Современный город трудно представить без так называемой «быстрой еды» из многочисленных заведений. Но живо еще поколение, которое росло без этого. Не вдаваясь в подробности, вредно это или не очень, хотим кратко обозреть историю появления в Риге того, что можно было бы назвать «фастфудом».
ПИРОЖКИ ГОРЯЧИЕ
Согласно энциклопедии, «фастфу́д (англ. fast «быстрый» и food «пища») – питание с уменьшенным временем приготовления и употребления пищи с упрощенными или упраздненными столовыми приборами или вне стола».
В послевоенной Риге под это определение попадали пирожки. Война закончилась в мае, а в декабре 1945-го пресса сообщала: «На Рижском мясокомбинате готовятся к открытию двух новых цехов: пищевого и химического. Пищевой цех будет изготовлять пирожки с мясом, кровяные котлеты и колбасу, студень и бульон. К изготовлению бульона уже приступили. В ближайшие дни начнется производство пирожков. Намечено выпекать их от 10 до 13 тысяч штук ежедневно».
Или: «Наркомат мясной и молочной промышленности приступил к выпуску нового вида продукции горячих мясных пирожков. Эти пирожки с мясной начинкой будут продаваться во вновь открываемых коммерческих магазинах и кафе. Таких пирожков будет выпускаться 10 тысяч в день. Наркомат предусматривает в конце этого месяца организовать в бывшей колбасной мастерской «Гулбис и Бите» по ул. Мариинской, 114 цех кулинарных изделий, который будет выполнять заказы на изготовление пирожков и пельменей».
Пирожки стали едой, которая держала город. Горячие, с мясом, капустой, рисом и яйцом, повидлом – они были универсальным ответом на вопрос «чем перекусить?». Газеты писали о них почти с материнской нежностью: «пирожки горячие, с пылу с жару, разбирают мгновенно». Пирожок был едой, которая не требовала ни времени, ни приборов, ни особых условий. Его можно было съесть стоя, на остановке, в трамвае, на ходу. Он был стабильным – в эпоху, когда многое исчезало с прилавков, пирожок оставался.
ВМЕСТО ВОДКИ – ПИРОЖОК
В 1958 году было принято Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об усилении борьбы с пьянством и о наведении порядка в торговле крепкими спиртными напитками». Одним из средств борьбы стал пирожок. Министр торговли тов. Янсон сообщал: «Уже второй год ведется ликвидация различных буфетов и киосков, которые торговали главным образом алкогольными напитками. Теперь вместо них оборудуются кафе, буфеты по продаже пирожков. В сети общественного питания алкогольных напитков купить больше нельзя».
«Еще год назад в ведении 1-го треста столовых, ресторанов и кафе находилось девять буфетов, в которых продавалась водка. В настоящее время семь из них ликвидировано, они уступили место кафе. Находится в ремонте так называемая «сосисочная» (по ул. Дзирнаву). Там будет открыта первая в Риге столовая «Пирожки», с бульоном, кофе и чаем. Что касается жареных в сале пирожков, их будут приготовлять здесь специальные автоматы. Подобные автоматы изготовляют 800 пирожков в час», – писала городская газета.
И вот 13 февраля 1958 года знаменитая пирожковая по улице Дзирнаву, 74 открылась. «Здесь изготовляются и продаются 28 сортов пирожков, кулебяк с самыми разнообразными начинками – с мясной, грибной, капустной и кончая морковной. К пирожкам покупатель может получить и чашку мясного или рыбного бульона. Продажа ведется в порядке самообслуживания. Кухня пирожков не требует ни дров, ни угля. Пирожки пекутся в электрожарочном шкафу и на электросковородках».
Эта пирожковая стала буквально кормушкой для журналистов, газеты писали про нее каждый месяц. Отмечали, что пирожковую ежедневно посещает несколько сот рижан, рабочих и служащих близлежащих предприятий, учреждений. «Дневной оборот пирожковой составляет ни много ни мало более четырех тысяч рублей. Это объясняется очень просто: люди охотно идут сюда. Ведь здесь можно быстро и культурно позавтракать, пообедать, не теряя времени на очереди. К тому же в пирожковой в любое время посетитель получает свежие, в полном смысле слова, со сковородки, булочки, пирожки, беляши, вкусные бульоны, горячий кофе, какао. Взять нужное и рассчитаться, на это уходят считанные минуты».
«На прилавке разложены пирожки. Каких только здесь нет! Сладкие, овощные, мясные пирожки. Посетители сами выбирают их и специальными щипчиками кладут на тарелки. Вот входит румяная девушка. Она берет пончик с вареньем, пирожок с маком, из большого термостата наливает стакан какао. А этот посетитель решил закусить посолиднее: он кладет на поднос пирожок с салом, кулебяку с грибами, пирожок с капустой и сосисками и большую чашку мясного бульона. Сколько же все это стоит? Кассир тов. Писаренко быстро подсчитывает: 4 рубля 25 копеек. Быстро, удобно и вкусно!» – умилялась пресса.
Пирожковые были открыты на ул. Суворова, 17, ул. Ленина, 226 (то есть Марияс и Бривибас), на ул. Смилшу, 8 – в Старой Риге, на Маскавас, 7 (то есть Ластадияс). Прежде там пьянствовали, а теперь покупатели могут приобрести здесь различные пирожки, сладкие блюда, салаты и другие холодные закуски, а также кофе, какао, соки, молоко, кефир, сливки», – указывали газеты.
ВРЕМЯ ЖАЛОБ
Но прошло всего пару лет и все изменилось. «Ригас Балсс» писала про полюбившиеся пирожковые: «Пирожки со всевозможной начинкой, совсем свеженькие, действительно, очень вкусны. Однако никто из посетителей не знает, что продукция этих кафе была бы еще вкуснее, если бы количество и вес необходимых продуктов – масла, яиц, сахара, мяса и др. – соответствовали калькуляции. В обоих кафе нечестные работники постоянно обворовывали потребителей. Заведующие производством и буфетами систематически крали продукты, изготовляли из них «левую» продукцию, которую сбывали тут же на месте, а деньги присваивали…»
И народные контролеры не отставали: «Еще на улице посетителя встречает запах горелого масла. Проточно-вытяжная вентиляция работает плохо. Есть и другие недостатки. К открытию никогда не бывает полного ассортимента пирожков. Выпечка и жарка пирожков производятся здесь старыми дедовскими способами – в духовке огневой плиты, вмещающей 50–60 штук пирожков, обжарка во фритюрнице, поглощающей всего 10–15 штук. И это в век техники и механизации!»
И люди это заметили: «В книге жалоб и предложений имеется немало записей. И все они говорят о плохом качестве изделий беляшей, бульонов, пирожков и др. Беляши должны изготовляться из хорошо выбитого теста, замешанного на молоке, и обжариваться во фритюре. А здесь их готовят тоже с грубыми нарушениями правил технологии, поэтому они получаются сырыми, тяжелыми…»
Как бы там ни было, но старые рижане эти пирожковые вспоминают до сих пор.
ДРЕВНЕЕ КУШАНЬЕ ЖИТЕЛЕЙ АПЕННИН
Первые пиццерии появились в Риге в 1984 году, собственно, как и в других городах СССР, под звуки суперпопулярной тогда итальянской поп-музыки.
Конечно, некоторые могут утверждать, что ели пиццу в Риге и раньше, но именно пиццерии появились весной 1984 года и первая – на улице Суворова (Чака), 105, напротив Зиедоньдарзса. Газеты объясняли читателю, что такое пицца: «Небольшая лепешка из дрожжевого теста с загнутыми краями, типа ватрушки». Пиццерия на Суворова работала как маленький театр еды: посетители сидели у стойки и наблюдали, как повар ставит их заказ «в современную печь», и уже «через пять минут душистую, запеченную до золотисто‑коричневого цвета пиццу подают вам».
На Гривас предлагали три вида – «калцоне», «пикколино» и мясную. Газета подчеркивала, что это «древнее кушанье жителей Апеннин» и что в мире существует «более 200 видов пиццы».
Советская пицца была вовсе не такой, как мы привыкли сейчас, а маленькой, толстой и дрожжевой – скорее пирожком, чем пиццей. На газетной фотографии с улицы Суворова видно, как повар вынимает из печи круглые, пухлые лепешки, больше похожие на ватрушки с мясной начинкой. Именно такую пиццу помнят рижане середины 1980‑х.
«Пицца была маленькой, дрожжевой, скорее пирогом, чем итальянским блюдом. Но именно такая адаптация под местные продукты и делала ее советской. И главное – она была современной. Пицца стала символом позднесоветской модернизации: быстрый, горячий, музыкальный фастфуд, который выглядел почти европейским.
На одной из первых рижских пиццерий на улице Гривас, 11 была вывеска «piccērija» – с двойной «c», что было ошибкой. Газета Padomju Jaunatne посвятила этому заметку, объясняя, что в латышском удваиваются только буквы m, n, r и l.
В 1985–1986 годах сеть пиццерий расширилась. На Карла Маркса (Гертрудес), 54 открылась большая пиццерия на 48 мест, где можно было попробовать пиццу с цыплятами, копченостями, фаршем, сосисками. А в 1986 году на Л. Лайцена (Нометню), 55 открылась пиццерия, которая выглядела как кусочек Италии: ремонт, музыка, официантки, летние столики под зонтиками. Газета писала: «Квалифицированные официантки, быстро обслуживающие посетителей, удобные столики, записи итальянской эстрады». Пицца стала не просто едой – она стала событием, местом встречи, символом нового времени.
УПАДОК СИСТЕМЫ
И, конечно, новым подспорьем в борьбе с пьянством. Как-никак вскоре началась знаменитая горбачевская антиалкогольная кампания. Городская газета писала об известном многим рижанам кафе «Зелта руденс» на нынешней улице Валдемара, 25: «Еще в прошлом году оно пользовалось среди посетителей недоброй славой: здесь было шумно, накурено, а по утрам его осаждали любители «освежить» хмельную голову. Однако после принятия правительственных документов по борьбе с пьянством и алкоголизмом картина изменилась…»
Замдиректора кафе рассказывала: «Наши новинки – коктейли и горячие бутерброды – покупатели одобрили и заказывают их постоянно. Спросом пользуется и основное предлагаемое нами горячее блюдо – курица-гриль, а также пицца».
Но к концу десятилетия система общепита начала разваливаться. Дефицит, усталость, антиалкогольная кампания, падение дисциплины – все это ударило по пиццериям. В 1989 году «Ригас Балсс» публикует репортаж, который стал символом конца эпохи. О той же пиццерии на Суворова, которая пять лет назад была образцовой, теперь писали так: «Тарелки с объедками, тучи мух, куски фарша на полу, пожирающий их рыжий пес». На замечание посетителя буфетчица ответила: «Собака вам не мешает, она по столам не бегает!» Ассортимент исчез. Осталась только «надоевшая пицца с фаршем».
Пиццерия на Карла Маркса тоже деградировала: «грязно, неуютно… стоят длинные, чуть ли не казарменные столы». Это был не просто упадок заведений – это был упадок системы.
ПЛАНЫ И МЕЧТЫ
Когда в 1991 году Латвия восстановила независимость, Рига оказалась в новой реальности. Магазины пустели, зарплаты обесценивались, но город продолжал жить. На улицах появились газовые тележки с хот‑догами, которые оценили не сразу – все-таки они были дороговаты. Возле гостиницы «Латвия» их вообще продавали за валюту: один хот-дог – один доллар. К середине десятилетия они стали доступнее и пользовались популярностью у студентов и школьников.
Почти одновременно появились первые бургеры. Но сначала были грандиозные планы.
В 1989 году коммерческая фирма «Ника» заявила о скором открытии в Риге сети кафе «бистро». «Сначала откроется цех по производству «гамбургеров», пиццы, пирожков, горячих и холодных бутербродов, и почти одновременно – 12 стационарных домиков, рассчитанных на восемь-девять столов», – рассказывал директор фирмы Григорий Колтунов.
В 1990 году сообщалось о договоре между Крестьянским фондом Латвии и представителями Консультационной фирмы по развитию международного бизнеса из американского штата Флорида. Якобы американцы вкладывают два миллиона долларов в создание сети закусочных «Чикерс», где будут кормить гамбургерами с мясом, произведенным латвийскими фермерами. Первые заведения в Риге предполагалось открыть весной 1991 года.
НАШ ПЕРВЫЙ БУРГЕР
И только в ноябре 1991 года в бывшем кафе Maza Luna на бульваре Бастея открылся Viking Burger. Совместное с датчанами предприятие рекламировало себя: «Впервые в Риге – вкусные гамбургеры! Европа протягивает руку Латвии!»
Исполнительным директором стал Ивар Кезберс, бывший секретарь ЦК Компартии Латвии, основатель независимой КПЛ, впоследствии Партии труда. Поэтому в народе его бургеры называли кезбургерами. Один стоил 10 рублей, двойной – 14, картошка фри – 5 рублей. Просуществовал Viking Burger недолго, хотя бургеры были неплохими. Но в 1993 году здание национализировали и продали, а новые хозяева бургерную выгнали. Кезберс и его датские партнеры понесли большие убытки.
В 1991 году появились бургерные фирмы «Парсла» – одна в Центральном универмаге, другая – в «Детском мире», в бывшем детском кафе. Бургер стоил 10 рублей, картошка – 3. В 1992 году бургер стоил 72 латвийских рубля, а картошка – 32!
Вернувшийся из США бывший рижанин Сол Букинголтс 5 июня 1992 года торжественно открыл в бывшей пельменной на улице Тербатас, 33/35 первый в Латвии «американский» fast food – American Fried Chicken. Обед стоил 32–35 латвийских рублей, завтрак – 18–20 рублей, судя по сообщениям тогдашних газет. В 1995 году – 100 граммов жареной курицы по-гречески – 43 сантима, куриный гирос – 1 лат. Кусок пиццы – 30 сантимов. Другое детище Букинголтса – Little Johny’s American Pizza, позже переименованная в Mazais Jānītis.
Сеть стартовала с пафосом, обещала «Америку без выезда из Латвии». Но, скорее, это была имитация американского фастфуда, а не настоящий американский продукт. К началу нынешнего века эти заведения постепенно исчезли, впрочем, один действующий Little Johny обнаружен в Рижском районе и с тем же логотипом.
ПРИХОД ГИГАНТОВ
15 декабря 1994 года на бульваре Бастея, 18 открылся первый в странах Балтии McDonald’s. По иронии судьбы, в этом здании раньше был Viking Burger.
Открытие сопровождалось протестом Клуба защиты среды: говорили о «чужеродности», о том, что «иностранцы будут чувствовать себя как дома, а латыши – как за границей». Но очередь стояла огромная. Гамбургер за 0,45 лата, чизбургер за 0,55, бигмак за 1 лат – это были новые цены новой эпохи. И главное – скорость, стандарты, вкус, который был одинаковым в Риге, Хельсинки и Нью‑Йорке. С этого дня фастфуд в Латвии стал глобальным.
В 1997 году, 4 декабря, в реконструированном универмаге Centrs открылся первый магазин Narvessen, где помимо прочего продавались разнообразные хот-доги.
Следующим пришел Subway – сначала в 1999‑м на улицу Калькю, неудачно, а затем снова, 27 июня 2014 года на бульвар Мейеровица, 12.
29 июня 2004 года в торговом центре Olimpija открылся первый Hesburger. Финская сеть быстро поняла латвийский рынок и через несколько лет обогнала McDonald’s по количеству точек. Это был фастфуд, который говорил с Ригой на понятном ей языке – чуть дешевле, чуть проще, чуть домашнее.
28 августа 2015 года на улице Аудею, 14 появился первый в Латвии KFC. Очередь на открытии растянулась на всю улицу: жареная курица, которую рижане знали только по фильмам, наконец стала реальностью.
4 декабря 2020 года, уже в разгар пандемии, в торговом центре Akropole открылся Burger King. Это был символ того, что даже в трудные времена глобальные бренды продолжают приходить – рынок живет.
И наконец, 26 октября 2022 года на A. Деглава, 100 в Ригу пришла Domino’s Pizza. Компания устроила акцию: 500 бесплатных пицц подписчикам соцсетей. Очередь вышла далеко за пределы магазина.
Теперь в Латвии представлены большинство международных сетей «быстрой еды». Но примета нового времени вовсе не они, а многочисленные кебабные. Ими наша краткая история рижского фастфуда пока завершается.
Михаил ГУБИН
